100-27-83 8(800)
Звонок по России бесплатно
пн-пт, 9:00-18:00 мск

Статьи

Перелом основания черепа - диагноз, несомненно, означающий причинение тяжкого вреда здоровью потерпевшего.

Так почему же в судах регулярно возникают споры по этому поводу?

Я упала с самосвала…
Лично меня натолкнул на изучение этого вопроса пример из практики знакомого адвоката. Его клиента обвиняли в совершении ДТП с причинением тяжкого вреда здоровью потерпевшего, а это — часть 1 «неслабенькой» 264-й УК. Тут уж — если и не тюрьма, то условный срок с лишением права управления транспортным средством плюс солидная денежная компенсация потерпевшему. В общем, обвиняемому и адвокату очень даже есть за что бороться.
ДТП с виду было незначительным, виновник сразу же вызвал «скорую», до приезда которой пострадавший находился в полном сознании, даже пытался самостоятельно уйти домой. В местной больнице пострадавший пробыл всего три дня, после чего оказался дома, где стал выполнять различные работы на своем приусадебном участке, что и видели все соседи. Это успокоило обвиняемого и его защитника, но ровно до того момента, когда они ознакомились с заключением судебно-медицинского эксперта. Экспертиза, как и положено, была произведена по медицинским документам, предоставленным эксперту по окончании лечения потерпевшего. Имея на руках диагноз, означающий перелом какой-то (точно не знаю) кости основания черепа, подтверждающийся рентгеновскими снимками и прочими результатами обследования, эксперт выдал соответствующее заключение о причинении потерпевшему тяжкого вреда для его здоровья.
Каждый может представить себе реакцию обвиняемого и его защитника на подобное заключение в данной ситуации. Ведь для любого, кто хоть что-то слыхал о тяжелых травмах черепа, поведение пострадавшего никак не вяжется с поставленным ему диагнозом. Мне сразу вспомнилось утверждение одного владельца похоронного бюро: «Больной с подобным диагнозом — наш клиент!». Так же считает и простой обыватель, чьи «познания» в сфере судебной медицины формировались путем просмотра безобразнейших «ментовских» телесериалов, создатели которых явно экономили на квалификации приглашенных консультантов или вообще обходились без них. Опытные адвокаты, бесспорно, более информированы во многих вопросах, касающихся производства судебно-медицинских экспертиз, но и их знания никак нельзя сравнивать с профессиональными.
«Так не бывает!»
— восклицает взволнованный подсудимый, когда судебное разбирательство доходит до рассмотрения подобного заключения СМЭ. Для того, кто имел опыт присутствия в судебных заседаниях хотя бы в качестве постороннего зрителя, вообразить дальнейшее развитие событий труда не составит. Особенно красочно выглядит эмоциональное состояние участников процесса:
- едва сдерживаемый праведный гнев адвоката, заявляющего о своем несогласии с диагнозом, установленным потерпевшему в лечебном учреждении и излагающего все вышеописанные обстоятельства. Следом тут же подается ходатайство о назначении потерпевшему повторного медицинского обследования и, соответственно, повторной СМЭ;
- весьма озадаченный вид судьи, которому непродолжительное ответное мычание неподготовленного прокурора ничего не объяснило;
- пугливо-радостное вначале и почти триумфальное под конец, настроение подсудимого, предвкушающего резкий поворот судебного разбирательства в свою пользу;
- глупый вид ничего не понимающего потерпевшего, который на протяжении всех заседаний в суть происходящего не особо вникал, чувствуя себя посторонним наблюдателем. Еще на стадии предварительного следствия его прочно убедили в том, что его дело правое, беспокоиться ему не о чем и все будет «в ажуре».
Кто виноват и что делать?
Естественно, все задумались над тем, кто же допустил ошибку: врач, поставивший диагноз или судмедэксперт? А оказалось — никто! И диагноз верен, и заключение СМЭ вполне состоятельно. Причина в том, что, вопреки распространенному мнению, переломы костей основания и свода черепа далеко не всегда сопровождаются коматозным или другим тяжелым состоянием пострадавшего и его смертью.
Переломы бывают закрытыми и открытыми, со смещением частей кости или без такового. В случае сложных открытых или закрытых переломов со смещением, как правило, повреждается мозговая оболочка головного или спинного мозга. Чаще всего они сопровождаются ликвореей — вытеканием спинномозговой жидкости в среднее ухо, носоглотку и т.д. Переломы костей основания черепа без смещения таких последствий не дают. Однако, согласно установленной классификации, и те, и другие относятся к повреждениям, опасным для жизни человека, и являются признаками причинения тяжелого вреда его здоровью.
В конкретном описанном мной случае, конечно же, суд вызывал судебно-медицинского эксперта для дачи разъяснений, которые так же не понравились защите, как и его заключение. Все это еще долго оспаривалось. Намного полезней попытаться понять, в чем же причина возникновения такой спорной ситуации и как нужно было поступить эксперту? На мой взгляд причина кроется в банальной взятке пострадавшего своему лечащему врачу, который, наплевав на все инструкции и приличия, отпустил того домой, хотя лечение по-прежнему оставалось стационарным. Вот чего не нужно было делать судмедэксперту, так это — покрывать своего коллегу. Взятку тут, конечно, вряд ли докажешь. Но хоть какие-то попытки наказать врача суду предпринять стоило бы. А то уж совсем нелогично получается: врачи-лечебники в массе своей совсем распоясались, а суды продолжают по любому поводу дергать судебно-медицинских экспертов.


Герасим Яценко


Возврат к списку

Яндекс цитирования Рейтинг@Mail.ru